Обучение инвалидов

 

Опыт работы в Школе психотерапии, а также работа с группой испытуемых дистоников и контрольной группой здоровых вызвала большой интерес. По инициативе д-ра Гидони мы смогли продолжить наш эксперимент с многопрофильными группами в Центре «Торригиани». Группы, состоявшие из врачей, и испытуемых больных, встречались регулярно.

Интерес к практикам Ки и Ки-Айкидо подвигнул докторов и больных приступить к занятиям в додзё города Флоренции.

Вместе с этим эксперимент Паскуале, начатый во Флоренции, продолжился в Берлине, где он работал в качестве терапевта и инструктора по Ки-Айкидо, воплощая в реальность то, что и на сегодняшний день является авангардной идеей, - настоящую исследовательскую лабораторию на принципах объединения сознания и тела.

 

Путь объединения идей - семена прорастают на расстоянии

 

Идея использования Ки и Ки-Айкидо в качестве оздоровительных практик была воплощена в жизнь благодаря д-ру Гидони и Паскуале Инкоронато.

Вот что писала об этом директор Реабилитационного центра Вициомаггио д-р Анна Гидони:

«Когда Специализированная школа для врачей по реабилитации еще организовывалась, основная практика третьего курса проходила в Центре реабилитации гериатрических больных и лечения детей с нейропсихиатрическими расстройствами.

Обучение в школе сочетало собственно медицинские и нейропсихологические процедуры с участием в разнообразных культурных событиях, происходивших в то время в городе и связанных с реабилитацией в теоретическом и практическом плане, например занятиями искусством пантомимы в группе Орацио Коста Джовангильи и практиками Ки-Айкидо.

Студентам предоставлялась возможность сотрудничества с высококлассными профессионалами из других областей, а обязательств они не несли никаких, поскольку им было разрешено абсолютно свободное посещение. Глубокое теоретическое изучение этих дисциплин и практика в них были совершенно добровольным делом.

Контакт с группой Ки-Айкидо установили фактически два студента-физиотерапевта, которые не только посещали класс на курсе, но и занимались в додзё, а позже получили квалификацию по Ки-Айкидо.

Тем временем Адриано Милани Компаретти, директор Центра "Анна Торригиани", где проходили реабилитацию дети с мозговыми расстройствами, понял, что принципы Айкидо можно использовать для дополнения физиотерапевтических приемов.

Таким образом образовалась группа Ки-Айкидо для детей и подростков, страдающих дистонией, которые стали испытуемыми для дипломной работы студента, руководившего этой группой. Результаты ее требовали дальнейших исследований.

История дальше продолжается, когда один из руководителей группы переехал в Берлин. Он продолжил свою теоретическую и практическую работу с врачом Моникой Али, находившейся под влиянием идей Милани Компаретти. В Италии Центр Ки Додзё во Флоренции контактирует со школой.

В течение 35 лет Центр Красного Креста "Анна Торригиани" во Флоренции был основным местом лечения детей с церебральным параличом, неизлечимыми нарушениями двигательной функции и осанки, т. е. заболеваниями, которые с течением времени могли вылиться в необратимые органические изменения. Были и другие: эпилепсия, умственная недостаточность, расстройства зрения и слуха. Лечение указанных заболеваний претерпело большие изменения за прошедшие годы: от простого применения ортопедических физиотерапевтических процедур до сложнейших, собственно, "нейроэволюционных", техник нейромоторной реабилитации.

И все же, хотя эти технологии были надежны и точны, они имели один общий недостаток, а именно тот, что это было "лечение", т.е. забота о теле, об одном из его пришедших в негодность органов. Таким же образом трактовались перцептивно-когнитивные аспекты: было составлено несколько тестов для обнаружения дефектов, а для их излечения было скомпоновано несколько упражнений. По концепции взрослых врачей, ребенок был разделен на несколько (больных) частей, поделенных между узкими специалистами. Мы думали, что интеграция вновь обретенных способностей произойдет в ходе естественной эволюции взросления.

Однако в конце 70-х и начале 80-х годов в области нейроэволюционных наук начала развиваться концепция глобальности. Этот термин предполагает единство отдельной личности и представляет собой большое неудобство для врачей, занимающихся фрагментарным вмешательством в организм больного. Принцип фрагментарности отрицает фактически личность ребенка.

Более того, развивалась идея "медицины здоровья", т.е. медицинского обязательства обеспечить состояние психофизического комфорта, с использованием превентивных заданий, направленных на консолидацию базовой функции лечебной медицины.

В это же время успешно развивались исследования развития ребенка в норме, начиная с пренатального периода, которые выявили роль отношений ребенок-взрослый для эмоциально-аффективного условия гармоничного развития ребенка. Мы начали рассматривать тело не только как биологический инструмент, предназначенный для определенных функций, но как носитель "индивида", признавая человеческое достоинство за новорожденным и годовалым ребенком, тела которых несут личностное начало.

Отношение изменилось даже к телу ребенка-инвалида: его начали рассматривать не как сломанный механизм, подлежащий починке, а как личность, имеющую свои ограничения и умения (отражающие внутренние ресурсы, желания, предчувствия, планы).

Встреча с Ки-Айкидо и рабочей группой при Центре ’Торригиани" произошла в период активнейших поисков новых методик работы с детьми, страдающими повреждениями мозга. Это должен был быть не просто новый метод, не просто новая мануальная техника, а абсолютно новый взгляд на больных, новый подход к испытуемым, согласно которому больному предлагается задание.

Мы были приятно удивлены определением "объединение духа и тела", предложенным в качестве цели и условия в следующих выражениях: до сих пор к сознанию и телу подходили отдельно, как будто можно отложить их единение на послереабилитационный период.

Работа со старшими детьми, подростками и взрослыми неизбежно приводила к разговорам о теле, его слабости при паралитических синдромах и о произвольной дискинезии (неестественных мышечных движениях, порожденных мозговыми нарушениями).

К телу было обращено сознательное внимание, и оно, в процессе прогресса осознания себя, получало прямой контроль, без посредников, уйдя из умелых рук врача.

Отношения с инструктором служили обязательной "эмфатической" базой для тестирования, а отношения между мастером и учеником уже не напоминали отношений между врачом и пациентом.

Паузы, отдых, опыт медитации с неподвижным телом, где может укрыться сознание, привилегированное внимание к "телу, которым я являюсь", указывали на надежный, хотя и альтернативный подход к тому, что иначе можно назвать "самоусилением".

Уважение к ритму друг друга, общее внимание к человеку, занятому упражнением, отсутствие конкуренции, солидарность и поддержка - все это повышало доверие и позволяло избавляться от неизбежных огорчений, выявляя негативные эмоции и справляясь с ними по ходу работы. Такое сочетание педагогических и формирующих принципов характерно для многих дисциплин, работающих с телом, от спорта до танцев и пения, но, по нашим данным, Ки-Айкидо имело более направленное и точное влияние на разрешение сложных проблем церебральной дисфункции в период развития ребенка.

В заключение вспомним рекомендацию проф. Антонини будущим врачам глубже изучать и практически овладевать нашей дисциплиной, чтобы поставить себя, по сравнению с пациентом, в более широкое измерение, соответствующее понятию "быть телом" в отличие от понятия "тела, которое у него есть".

В последние десять лет мир реабилитации сильно изменился, открыв дорогу для искусств, театра, спорта, предоставляя инвалиду возможность участия - учитывая его ограничения - в здоровой жизни. Занимаясь искусством, больной с физическими недостатками не может сразу излечиться, но бросает вызов своим ресурсам, сознанию, эстетической чувствительности.

Опыт мира, где категории красоты, стиля и гармонии обязательны, а не факультативны, может сам по себе быть средством компенсации страдания и гнева, порожденных ограничениями. Именно в искусстве и спорте можно испытать перерождение боли и страдания, в то время как психология и медицина могут предложить здесь только закрытые и узконаправленные средства.

Присутствие артистов и спортсменов очень важно в мире людей с ограничениями, и не только для организации благотворительных шоу, а для того, чтобы дать шанс людям получить исключительный опыт в спортзалах, театральных школах, музыкальных группах и т.д.

Как показала практика, Ки-Айкидо оказалось очень эффективным. Занятия Ки-Айкидо не только помогли некоторым инвалидам, но и обогатили новыми идеями область реабилитационных процедур».

 

Название отражает опыт

 

Об опыте работы с инвалидами рассказывает Паскуале Инкоронато:

«Название этой главы объясняет причину изменения имени нашей группы.

Вначале оно звучало так: "Ки-Айкидо для взрослых пациентов, больных дистонией". В то время опыт обучения ограничивался только инвалидами, и мы работали в условиях больницы, цели обучения были в основном медицинские. У нас были также ограничения по времени, поскольку группа должна была функционировать в течение срока, необходимого для выяснения эффективности определенной техники; кроме того, у нас были ограничения качественного характера, поскольку нам недоставало опыта сочетания разных элементов (лечения), и у нас были ограничения количественного характера, поскольку группа должна была уменьшиться (вследствие некоторых особенностей моторных заболеваний).

Целью опыта являлась подготовка дипломной работы по реабилитационной терапии, отсюда - и все указанные ограничения. Первый эксперимент, длившийся четыре месяца, был проведен во Флоренции; он открыл новые пути терапевтическкого лечения взрослых пациентов-дистоников.

Когда я переехал в Берлин, у меня появилась возможность провести аналогичный курс обучения Ки-Айкидо в группе дистонических больных, поскольку терапевтический центр был заинтересован в повторении результатов, полученных во Флоренции.

Результаты были положительными, как и во Флоренции, но, как и прежде, я чувствовал неудовлетворенность ограниченностью чисто медицинского подхода. Более того, я вполне осознавал последствия использования самого имени ’Терапия Ки-Айкидо". Чтобы объяснить это название, необходима была целая лекция. Короче: если мы исходим из того, что лечение применяется для излечения болезни, трактовка Ки-Айкидо как медицинской практики означала бы, что больные с физическими недостатками будут воспринимать свое отличие от других людей как болезнь. Тому, что они узнают, больные придадут магическое значение, нарушив, таким образом, соотношение между фантазией и реальностью в пользу фантазии, и будут ожидать чудесного исцеления и всяких других невозможных результатов.

Эти соображения привели нас к необходимости изменить название и проведение занятий.

Название "Объединяющая [интегративная] группа" казалось подходящим для представления о том, что в группу включаются испытуемые с моторными и интеллектуальными недостатками. Определение "интеграция" включает в себя понятие изменения глобальной структуры, когда есть задача присоединения структурно отличающейся единицы. Например, школьная интеграция позволяет детям-инвалидам (в Германии) посещать нормальную школу, подготовленную для обучения таких детей и их передвижения по ней.

Как правило, перед началом учебного года проводится собрание. Там обсуждаются возможности и дефекты данного ребенка, выясняется, подходит ли выбранная родителями школа ребенку и как можно помочь ребенку принять участие в жизни школы. Иногда комиссия решает, что взять данного ребенка в школу невозможно, потому что отклонения столь велики, что школьную программу нельзя будет подстроить под ребенка, а обучающие цели не будут достигнуты.

Если ребенок страдает поражениями мозга, если он слеп, глух, парализован, страдает умственной отсталостью и при этом принимает участие в школьных делах, очевидно, что роль школы не сводится к тому, чтобы научить ребенка читать и писать, она должна открывать ребенку новые цели и пути.

Есть некий парадокс в понятии интеграции: изменения, происходящие в школе (т.е. строительство особых туалетов, лифта, наличие учителя-помощника), являются, в конце концов, всего лишь изменениями окружающих условий, а школа, в принципиальном смысле, остается прежним заведением, поскольку не меняются ее функции, которые остались с тех пор, как были заданы социальными потребностями.

Только оценив этот парадокс, мы поймем, почему довольно часто дети, интегрированные в нормальные классы, остаются изолированными. В Германии есть учителя восточных единоборств, которые принимают в свои классы только тех детей-инвалидов, которые способны удовлетворять групповым требованиям; ведь и инвалиды различают добро и зло, некоторые могут управлять инвалидной коляской, а другие не могут, кто-то из них умен, а кто-то нет, т.е. детей судят по степени их недостаточности. Эти группы тоже называют себя "интегративными".

В соответствии с принципами Ки-Вселенной мы решили не ставить никаких условий желающим заниматься в додзё, принимая во взрослые и детские классы всех, у кого есть интерес и желание заниматься. Единственными ограничениями были размер татами и необходимость помощи больным с расстройствами моторики и интеллекта.

Наша группа официально является "открытой", поскольку организационные и психологические барьеры, отделяющие нас от "других" людей и не позволяющие нам обогатиться знакомством с ними, были устранены.

У открытой группы другие функции и цели. Работая с людьми, которые способны овладеть только одной-двумя моторными последовательностями (например, в случае расстройств концентрации) и, следовательно, с которыми нельзя быть уке, убеждаешься, что надо быть еще чувствительнее и контактнее, ибо партнер не способен опереться на данную последовательность (будучи не в состоянии ее запомнить), и поэтому тренировка любой техники будет для него внове. Если уке видит в своем партнере не только его недостатки, а постарается углубить его знания на базе хорошего контакта, тогда, работая с координированными и быстрыми партнерами, он будет активнее участвовать в техниках, т.е. будет развивать свое Ки».

 

Открытая группа

В нашей группе из 15 человек три-четыре человека находятся в инвалидных колясках, один передвигается в ортопедическом аппарате и трое страдают дефектами концентрации. Два ученика в колясках страдают нейромышечным заболеванием (синдром Дюшена), отрицательно влияющим на мышечную силу, широту движения и сопротивляемость (включая концентрацию). Они выросли в сиротском приюте, где ходили в специализированную школу, и данный опыт - их первая возможность встречи с непредубежденными людьми.

Еще два ученика больны «spina bifida» - деформацией позвоночного столба и спинного мозга, вызывающего моторный паралич и нарушение координации и равновесия.

У одного молодого человека нарушена способность к организации последовательностей (т.е. расстановке приоритетов, разбиению сложных действий на ряд простых, изменению последовательности для достижения определенного конечного результата). Это нарушение мешает овладению сложными движениями и, вообще, обучению.

У одной молодой женщины есть проблемы с координацией и управлением мышечным тонусом. И последним является мужчина с врожденными мозговыми нарушениями, оставляющими ему только частичный контроль за движениями одной руки и головы.

Как могут столь разные люди заниматься вместе?

Ясно, что людей с меньшими способностями к сложным движениям следует рассматривать как точку отсчета.

Множество упражнений для развития Ки и разнообразные тесты для изучения техник дают богатые возможности для определения такой точки отсчета. Затем надо перевести техники, рассчитанные на положение стоя, в техники, рассчитанные на положение в инвалидной коляске, либо сидя на стуле, либо сидя на татами (в сейза или со скрещенными ногами) и, при необходимости, лежа на полу. Как и в любом случае перевода, надо быть уверенным в том, что начальное значение при переводе не утрачено, хотя форма изменена. Мы должны осознавать, что стояние или ходьба ничуть не «лучше», чем управление коляской, а учить и обучаться Ки-Айкидо людям, способным ходить, не легче -просто это другое.

Таким образом, это та же техника, но в другой форме, с теми же трудностями. Различия надо изучать путем занятий с разными партнерами и даже с инвалидной коляской.

 

Ки Тайсо, сидя в инвалидной коляске

Как правило, перед началом упражнений мы поднимаемся на пальцы и опускаемся для выработки лучшего восприятия пространства. В инвалидной коляске можно поискать более удобное сидячее положение, раскачиваясь взад-вперед, сначала более размашисто, а потом все более мелкими движениями, пока не найдется точка покоя. При этом ось тела не перпендикулярна к земле, а слегка наклонена вперед (фото 13)*. При сохранении этого ощущения пространства, даже получив толчок в грудь в качестве теста, если ученик не окажет сопротивления, его позиция останется твердой и стабильной. Если, напротив, будет оказано сопротивление или он будет сидеть неестественно (слишком прямо и вертикально по отношению к земле), коляска сдвинется и равновесие будет потеряно, человек откачнется назад.

* Если сиденье отрегулировано параллельно земле. Сегодня стулья обычно слегка отклонены назад; угол спинки и сиденья меньше 90 градусов.

 

tmp62C-2.jpg

 

 

В базовой сидячей позиции руки могут лежать на коленях (как в сейза) или на колесах.

Выполняя оздоровительно-гимнастические упражнения в сидячем положении, мы должны думать о том, что тело фиксируется на сиденье за счет своего веса, а движения вращения меньше по амплитуде, чем в положении стоя. Естественное вращение в сидячем положении составляет 45° на каждой стороне. Это ограничение не дает рукам удариться о спинку стула, что могло бы случиться, если бы вращение составляло 180°, как в позиции стоя (фото 14).

С учетом разницы в направлении движения мы, естественно, найдем и новое направление для тестирования.

Второе движение, - боковые наклоны корпуса в положении сидя должны быть модифицированы по двум причинам: идущая вниз рука не может коснуться тела или стула, потому что вес, перенесенный на одну сторону, делает положение тела нестабильным. Предлагаем использовать локоть для замедления движения, путем сгибания его скорее по диагонали, чем вбок. Рука, проходящая над головой, идет в направлении противоположного колена в то время, как предплечье той стороны, которая нагибается, скользит вниз, пока локоть не коснется колена на своей стороне.  

 

tmp62C-3.jpg

 

Направление третьего движения неизменно, но амплитуда его другая- Корпус не сгибается, пока он не будет параллелен земле, но нагибаются голова и грудь, взгляд направлен перпендикулярно полу. Руки продолжают маятниковые движения по бокам.

Движения головы не меняются.

Сгибая колени или поднимая тело на ногах, мы изменяем положение тела перпендикулярно к полу. Сидя мы можем это сделать из положения покоя, не раскачиваясь, а используя движение позвоночника, особенно в грудном отделе, чтобы согнуть корпус дважды из закрытого положения в нормальное и из открытого положения в нормальное тоже два раза. Это движение похоже на заключительную фазу выдоха и вдоха. Движения коленей совершенно другие.

Давайте выполним боковой наклон корпуса, скользя локтем до колена по одной стороне, а по другой - кистью в пах. Голова наклонена вперед, взгляд направлен в точку между колен, в результате образуется, как и в положении стоя, треугольник. Если движение выполнено естественно, контрольный толчок по диагонали спереди или сзади не нарушит равновесия.

Круговое движение рукой нужно выполнять при боковом вращении корпусом, направив взгляд по диагонали (не вперед, а то кисть ударится о ногу). После первых четырех движений корпус поворачивается вправо, левая рука свободно падает между ног, а правая использует вращение для движения вбок и вверх.

Первое движение обеими руками - это не вращение, поскольку ноги или ручки кресла мешают движению. Можно представить себе движение, похожее на удар хлыстом, когда верхняя часть корпуса сопровождает движения рук вверх и вниз (по бокам). Если вращение руками сопровождается более широким движением корпуса вперед, траектория движения не встречает препятствий, те. вращение возможно.

Упражнения на татами часто тяжело даются людям, страдающим плохим контролем за осанкой (расстройства ЦНС, например детский церебральный паралич) или отсутствием мышечной силы (периферийные расстройства, как, например, позвоночное расщепление или мышечная дистрофия). В обоих случаях можно посоветовать поддержку со спины (например, опереться на стену) или выполнять упражнение с партнером.

В детских группах я видел, как делают оздоровительную гимнастику, лежа на полу. Иногда детям с ограниченной амплитудой движений я давал легкие бамбуковые трости, которые нужно было использовать как продолжение руки. Можно использовать и другие материалы, такие как резиновые бинты, шелковые носовые платки, веревки, мячи.

В нашем додзё три инвалидные коляски. Они доступны тренирующимся и очень популярны у детей. Дети не связывают чувство страха, отверженности или жалости с инвалидной коляской, что свойственно взрослой культуре, неспособной раскрыть себя для нового, для другого. Дети любопытны и находят массу способов использовать коляску.

 

tmp62C-4.jpg

 

tmp62C-5.jpg

 

Ниже приведено описание некоторых техник Ки-Айкидо для инвалидной коляски.

Можно приблизительно поделить техники на статические и динамические в зависимости от